Решения Палаты по патентным спорам

Податель возражения утверждал, что приоритет по конвенционным заявкам [П1] и [П2] установлен неправомерно, поскольку они прямо не раскрывают конкретные соединения формулы, а значит правомерным приоритетом можно считать лишь более позднюю дату (10.10.2006); на этом основании противопоставлял патентный документ [1] и выделенные из той же заявки документы [2]-[3], а также ссылался на «двойное патентование» и коллизию формул Маркуша. Правообладатель возражал, что все признаки формулы, включая индивидуальные соединения (в т.ч. руксолитиниб), прямо перечислены и раскрыты в [П1] и [П2].

Податель возражения настаивал, что вортиоксетин и его кристалличность уже раскрыты в более ранней евразийской заявке [1], а получение кристаллических форм — очевидный, рутинный результат известных методов, без неожиданного технического эффекта. Патентообладатель возражал: заявка [1] не содержит сведений о твёрдой/кристаллической форме соединения, а полученные кристаллы демонстрируют неожиданное сочетание низкой гигроскопичности и стабильности.

ЗАО «Канонфарма Продакшн» показало, что формула патента (8 характеристических пиков рентгенограммы, широкое назначение «для лечения заболеваний ЖКТ») содержит признаки, отсутствовавшие в первоначальной евразийской заявке ЕА №202091237, где раскрыты 11 пиков, иная фигура 1 и узкое назначение (синдром раздражённого кишечника, паралитическая непроходимость). Патентообладатель возражал, что исключение признаков лишь расширяет объём притязаний, а не меняет сущность изобретения.

ООО «МетОгнеупор» ссылалось на то, что патентообладатель создал изобретение как служебное, будучи сотрудником общества, а также противопоставило патентный документ [1] (RU 2848800 C2) как порочащий новизну. Патентообладатель отрицал трудовые отношения с обществом, оспаривал правомерность подачи заявки на документ [1] и указывал, что на дату приоритета его патента сведения о [1] не были общедоступны, а признаки формул не идентичны.

БИОКАД настаивал на недопустимом изменении сущности изобретения (правка последовательности SEQ ID NO:15), отсутствии промышленной применимости (нет данных in vivo/на людях, только ex vivo/in vitro), несоответствии новизне (раскрыто в более ранней евразийской заявке) и очевидности заявленной комбинации из уровня техники. Патентообладатель отбивал каждый довод: ссылался на нумерацию CDR по Кабату, достаточность ex vivo-данных и отсутствие прямого раскрытия спорной комбинации в противопоставленных источниках.

ООО «Политех-Плюс» утверждало, что решение по независимым пунктам 1 и 4 формулы явным образом следует из ближайшего аналога — патента [1] — с учётом ещё 14 источников: спорные признаки (диафрагма как суживающее устройство, положение приёмной камеры, контроль температуры и разрежения газа) якобы либо уже известны из уровня техники, либо сводятся к рутинному подбору параметров без влияния на технический результат. Дополнительно заявлялось о недобросовестном поведении при патентовании.

ООО «Максимус» указывало, что на то же техническое решение с той же датой приоритета «Августу» ранее выдан ещё и евразийский патент ЕА №019918, впоследствии аннулированный ЕАПВ, — а значит сохранение российского патента противоречит общественным интересам; кроме того, соотношение флорасулама и трибенурон-метила 1:5–5:1 и синергетический эффект композиции якобы уже раскрыты в патенте CN 102037986А и научных публикациях. Патентообладатель ссылался на то, что те же источники и тот же вопрос новизны/изобретательского уровня уже были предметом дела СИП-685/2017, где патент устоял.

ООО «МИК» указывало, что соединение 1 известно из более раннего патентного документа [1] и не соответствует условиям «новизна» и «изобретательский уровень»; патентообладатель настаивал, что соединение 1 конкретно там не раскрыто и проявляет неожиданно улучшенные показатели печёночного клиренса по сравнению с известными аналогами. Первое решение Роспатента (отказ в возражении) было отменено СИП и президиумом СИП с указанием пересмотреть дело по методологии оценки «селективных изобретений».

БИОКАД указывал, что все признаки формулы известны из публикаций клинического испытания NCT00976989 на ClinicalTrials.gov (версии от 14.09.2009 и 15.02.2011), а первый испрашиваемый приоритет (14.10.2011) установлен неправомерно, поскольку соответствующая приоритетная заявка раскрывала лечение рака желудка, а не молочной железы; дополнительно приводились доводы об отсутствии изобретательского уровня и промышленной применимости. Дженентек возражал против доказанности общедоступности этих источников.

ООО «ПСК Фарма» настаивало: признак «фармацевтически приемлемая соль» отсутствовал в первоначальной заявке, а соединение не отвечает условиям промышленной применимости, новизны (известно из более ранней евразийской заявки [1], раскрывающей рацемат) и изобретательского уровня (энантиомер очевиден из уровня техники). Патентообладатель возражал, что все признаки содержались в исходных материалах, а специально полученный и изученный энантиомер в противопоставленных источниках не раскрыт.

Генериум настаивал, что описание не раскрывает сущность изобретения с полнотой, достаточной для осуществления (штамм якобы продуцирует не проинсулин гларгина, а иной гибридный белок, а путь от штамма до готовой фармкомпозиции не показан), что назначение штамма нереализуемо и потому промышленная применимость отсутствует, а также что штамм очевидным образом следует из известного из источника [2] аналога в комбинации с публикациями о замене промотора гена mlc на Tac. Герофарм возражал: штамм и генетическая конструкция — разные объекты изобретения, его признаки не сводятся к отдельным генетическим элементам, а депонирование в ВКМ и примеры 1–4 описания подтверждают осуществимость.

ООО «ТомПласт» настаивало, что признаки независимого пункта 1 формулы логически противоречивы и потому неосуществимы, а значит изобретение не соответствует условию патентоспособности «промышленная применимость»; в дополнение к возражению представлен патент US 5470111 как ближайший аналог. Патентообладатель возражал, что описание и чертежи содержат достаточные сведения для реализации решения.

ООО «АЭРОЗОЛЬ ДОМ» указывало, что оба пункта формулы патента очевидны из уровня техники: п.1 — из патента US 5377724 A в сочетании с архивной интернет-публикацией об аналогичном поршне с регулируемой гайкой (снята WayBack Machine на 17.04.2017), п.2 — из ещё нескольких патентов и статьи о хонинговании. Патентообладатель возражал, что ссылка на интернет-статью нерабочая и её дату/содержание нельзя проверить, а конструкция отличается (система колец и регулировочная, а не нажимная гайка).

Податель возражения представил свыше полусотни источников (патентные документы, ГОСТы, справочники), настаивая на несоответствии изобретения условиям «новизна», «изобретательский уровень», «промышленная применимость» и на недостаточности раскрытия сущности изобретения. Патентообладатель последовательно возражал, что ни один источник не раскрывает ключевой отличительный признак формулы — узел подвода питания с прижимным элементом и винтом прижима.

Лицо, подавшее возражение, указывало, что аморфная форма бозутиниба уже известна из более раннего патентного документа и потому не нова, а заявленное содержание воды и эффект стабилизации формы очевидны из совокупности других источников уровня техники. Патентообладатель возражал: форма исследована комплексом методов и характеризуется уникальными термическими эффектами, а достигнутые технические результаты (стабильность, биодоступность, терапевтическая эффективность) специалисту очевидным образом не следовали.

Податель указывал на недостаточность раскрытия ключевых терминов формулы, а также на неправомерность конвенционного приоритета (заявки поданы разными, по его мнению не связанными лицами), что открывало более ранний патент RU2740027 для оценки новизны, и ссылался на 11 иностранных источников как порочащих изобретательский уровень. Правообладатель настаивал на аффилированности заявителей, законной передаче прав и достаточности раскрытия.

«Джодас Экспоим» указывало на недопустимое расширение формулы (уточнение структур L-аргининовых аддуктов) и на несоответствие изобретения условиям новизны, изобретательского уровня и промышленной применимости, ссылаясь на два патентных источника с близкими композициями цефтаролина фозамила и L-аргинина и научную литературу о реакции аминолиза. Патентообладатель настаивал, что корректировка формул — исправление очевидной для специалиста ошибки, а не новый признак, и что промышленная применимость и новизна подтверждены описанием патента.

Возражение указывало на неосуществимость изобретения без раскрытого способа кристаллизации, на токсичность компонентов, на известность препарата из открытого доступа к «Мирамистину» и на очевидность добавленных ингредиентов из уровня техники. Патентообладатель настаивал на достаточности описания и на неожиданном синергетическом эффекте комбинации веществ, подтверждённом примерами 1–10.

КРКА настаивала на неверно установленном приоритете и на неправомерной повторной выдаче патента на изобретение, уже защищённое ранее выданным патентом RU 2337916, а также на несоответствии условиям патентоспособности «новизна» и «изобретательский уровень» ввиду сведений из публикации WO/2001/027128 и патентного документа RU 2262507. Патентообладатель указывал на принцип правовой определённости (аналогичные доводы КРКА уже были отклонены Роспатентом и судом по делу СИП-552/2022) и на неожиданно повышенную селективность заявленного соединения к SGLT2 по сравнению с ближайшим аналогом.

Возражение строилось на несоответствии промышленной применимости (спектры ЯМР примеров 74 и 67 якобы не подтверждают заявленную структуру соединений) и изобретательскому уровню (соединения — простая модификация известного из патентного документа [3] аналога); довод о новизне податель на заседании снял сам. Патентообладатель объяснил расхождения спектров разными растворителями и частотой съёмки ЯМР, а отличие от [3] — существенной структурной модификацией с новым техническим результатом.

ООО «Аксельфарм» указывало на несоответствие изобретений условиям «промышленная применимость» и «изобретательский уровень», а также на недостаточность раскрытия сущности по независимым пунктам 1 и 5 — в частности, сомневалось в установленном соотношении соли и кислоты 1:1 и в достижимости заявленных технических результатов. Патентообладатель ссылался на приведённые в описании примеры получения солей, данные об их кристалличности и ингибирующей JAK-активности.

Податель ссылался на патент [1] (RU 2804616), но коллегия установила, что сам патент опубликован позже даты подачи оспариваемой заявки — зато выросшая из него заявка №2023113372 (с более ранним приоритетом 23.05.2023) входит в уровень техники по п.20-22 Порядка и п.2 ст.1394 ГК РФ и раскрывает все признаки п.1. Патентообладатель возражал и после заседаний попытался скорректировать формулу п.1, включив признаки зависимых пунктов.

Податель возражения указывал, что описание патента не раскрывает состав препарата и не подтверждает применение экстракта бересты именно у человека (только на мышах), а ссылками на более ранние патентные документы и публикации об экстракте бетулина и коры березы пытался лишить изобретение новизны и изобретательского уровня. Патентообладатель возражал: формула описывает применение по назначению, а не состав, поэтому вариативность второстепенных компонентов экстракта не критична, а противопоставленные источники не говорят именно о лечении гепатита С.

Податель возражения указывал, что описание не раскрывает состав препарата (кроме доли бетулина), эксперименты проведены на мышах и не подтверждают применение к человеку, а способ довести содержание бетулина в экстракте бересты до 70% при природных 20–25% не известен; противопоставлялись более ранние патентные документы и заявка на тот же подход. Патентообладатель возражал, что изобретение — это применение экстракта по назначению, а не состав, и что источники не раскрывают именно профилактику гепатита С таким экстрактом.

Заявитель настаивал, что дифрактограмма δ-формы на самом деле показывает смесь аморфной фазы и уже известных кристаллических форм А и В осимертиниба мезилата, а заявленные улучшенные биодоступность и терапевтическая эффективность укладываются в известный диапазон значений для формы В. Патентообладатель возражал: набор дифракционных пиков уникален, а расхождения объясняются артефактами измерения и возможным конформационным полиморфизмом.