Товарный знак по свидетельству № 632208 был зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 11.10.2017 по заявке № 2016715329 с приоритетом от 29.04.2016 в отношении товаров 28 и услуг 41 классов МКТУ на имя Общества с ограниченной ответственностью «Планета», г. Киров (далее – правообладатель).

Согласно материалам заявки в качестве товарного знака по свидетельству № 632208 было зарегистрировано комбинированное обозначение со словесным элементом «Рисуй светом!», выполненным буквами русского алфавита.

В поступившем 04.04.2019 в Федеральную службу по интеллектуальной собственности возражении выражено мнение о том, что оспариваемая регистрация товарного знака была произведена в нарушение требований, установленных пунктом 1 статьи 1483 Кодекса. Доводы возражения сводятся к тому, что вышеуказанный словесный элемент является характеризующим товары и услуги, указывая на их свойства и назначение. В возражении также отмечено, что он широко используется различными лицами, согласно сведениям из сети Интернет, для обозначения определенной техники рисования светом и, следовательно, является общеупотребимым понятием, то есть не обладает различительной способностью.

На основании изложенного в возражении лицо, подавшее возражение, просило признать предоставление правовой охраны оспариваемому товарному знаку недействительным частично, исключив словесный элемент «Рисуй светом!» из объема его правовой охраны в качестве неохраняемого элемента.

К возражению были приложены только лишь распечатки сведений из сети Интернет [1], претензия правообладателя оспариваемого товарного знака к ООО «ДАТАЛАЙН» [2] и фотографии образца товара [3].

Правообладателем, уведомленным в установленном порядке о поступившем возражении, на заседании коллегии был представлен на него отзыв, доводы которого сводятся к тому, что соответствующий словесный элемент никак не является характеризующим товары и услуги, а порождаемые им возможные дополнительные рассуждения, домысливание и ассоциации обусловливают, напротив, исключительно его фантазийный характер. При этом отмечено, что представленные распечатки сведений из сети Интернет содержат информацию только лишь о технике рисования светом при фотосъемке на длинной выдержке, что не имеет какого-либо отношения к конкретным товарам и услугам, для которых была предоставлена правовая охрана оспариваемому товарному знаку, причем они были сделаны позже даты приоритета этого товарного знака, в то время как данный товарный знак реально используется правообладателем для соответствующих товаров, приведенных в перечне товаров и услуг оспариваемой регистрации товарного знака.

На основании изложенного в отзыве правообладатель просил отказать в удовлетворении возражения и оставить в силе правовую охрану оспариваемого товарного знака.

Изучив материалы дела и заслушав участников рассмотрения возражения, коллегия установила следующее.

С учетом даты приоритета оспариваемого товарного знака (29.04.2016) правовая база для оценки его охраноспособности включает в себя Кодекс и Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482, зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 18.08.2015, рег. № 38572, и введенные в действие 31.08.2015 (далее – Правила).

В соответствии с абзацем 1 и подпунктом 3 пункта 1 статьи 1483 Кодекса не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью или состоящих только из элементов, характеризующих товары, в том числе указывающих на их вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность, а также на время, место и способ их производства или сбыта.

В соответствии с пунктом 34 Правил в ходе экспертизы заявленного обозначения устанавливается, не относится ли заявленное обозначение к объектам, не обладающим различительной способностью или состоящим только из элементов, указанных в пункте 1 статьи 1483 Кодекса. К обозначениям, не обладающим различительной способностью, относятся, в частности, сведения, характеризующие товар.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1513 Кодекса возражения против предоставления правовой охраны товарному знаку могут быть поданы заинтересованным лицом.

Оспариваемый товарный знак представляет собой комбинированное обозначение , в состав которого входит, в частности, выполненный оригинальным шрифтом буквами русского алфавита словесный элемент «Рисуй светом!». Правовая охрана была предоставлена этому товарному знаку с приоритетом от 29.04.2016 в отношении товаров 28 и услуг 41 классов МКТУ.

Необходимо отметить, что словесный элемент «Рисуй светом!» является единым (неделимым) словосочетанием, поскольку составляющие его слова, совершенно очевидно, грамматически и семантически взаимосвязаны друг с другом, что обусловливает семантику этого словосочетания в целом, отличающуюся от смысловых значений его отдельных слов.

Так, в частности, слово «рисуй» является глаголом в повелительном наклонении, выражающим волеизъявление (приказ, просьбу или совет) рисовать. При этом «рисовать» означает изображать, воспроизводить предметы на плоскости (обычно на бумаге, холсте) карандашом, красками, пером, углем и т.п. либо, в переносном смысле, представлять что-либо мысленно, в каких-либо образах, формах, словно изображая предметы, события и др. на воображаемой плоскости красками, карандашами и т.п. (см. Интернет-портал «Словари и энциклопедии на Академике: Большой толковый словарь русских глаголов» – https://dic.academic.ru).

В свою очередь, «свет» – это лучистая энергия, воспринимаемая глазом и делающая окружающий мир доступным зрению, видимым, а в переносном смысле данное слово употребляется как символ истины, счастья, свободы или чего-то светлого либо любимого, дорогого существа и т.п. (см. там же – Толковый словарь Ушакова).

Исходя из семантики данных слов, словосочетание «Рисуй светом!» в целом может означать, например, призыв изобразить какие-либо предметы на бумаге или холсте с помощью карандаша, красок, пера или угля и т.п. в светлых тонах каких-то визуально воспринимаемых цветовых сочетаний либо, в переносном смысле, вкладывая в соответствующие художественные образы светлые, нежные, теплые, добрые чувства с эмоциональным переживанием счастья, любви или духовного стремления к истине, свободе и т.д. Однако, может означать в переносном смысле и иное, например, призыв фантазировать, представлять что-либо мысленно, связанное с соответствующими художественными образами, чувствами или эмоциональными переживаниями и т.п.

Следовательно, данное словосочетание в целом является абсолютно фантазийным и способно порождать самые разные ассоциативно-смысловые образы. При этом оно отсутствует в каких-либо энциклопедиях и словарях, то есть никак не является каким-то устойчивым словосочетанием с тем или иным определенным смысловым значением, которое было бы зафиксировано в них.

Вместе с тем, действительно можно предположить, в частности, и то, что указанное словосочетание способно породить какие-либо дополнительные рассуждения, домысливание и ассоциации, связанные, например, с какой-то техникой использования света, как лучистой энергии, для ее визуального проявления при рисовании и т.п. Однако такие дополнительные рассуждения, домысливание и ассоциации, напротив, свидетельствуют только лишь о наличии различительной способности у этого фантазийного словосочетания.

Так, из пункта 2.2 Рекомендаций по отдельным вопросам экспертизы заявленных обозначений, утвержденных приказом Роспатента от 23.03.2001 № 39, следует, что наличие таких дополнительных рассуждений, домысливания и ассоциаций при восприятии обозначения свидетельствует о наличии у этого обозначения различительной способности и об отсутствии у него какой-либо описательности.

К тому же, в материалах возражения совсем отсутствует какая-либо информация о такого рода технике рисования, которая была бы широко известна потребителям на дату приоритета оспариваемого товарного знака и была бы обязательно прямо связана с конкретными товарами 28 и услугами 41 классов МКТУ, приведенными в перечне товаров и услуг оспариваемой регистрации товарного знака.

В свою очередь, представленные заявителем сведения из сети Интернет [1] касаются только лишь приемов применения световых эффектов при фотосъемке или проведения лазерно-световых шоу, а вовсе не рисования, причем эти сведения в своем большинстве не имеют каких-либо определенных дат или относятся к периоду позже даты приоритета оспариваемого товарного знака.

Кроме того, в представленных материалах [1] отсутствуют какие-либо документы, которые раскрывали бы хозяйственную деятельность тех или иных различных конкретных лиц, производящих независимо друг от друга соответствующие определенные товары или оказывающих соответствующие определенные услуги, и которые подтверждали бы, собственно, сами факты введения ими этих конкретных товаров и услуг в гражданский оборот в период ранее даты приоритета оспариваемого товарного знака.

Принимая во внимание изложенные выше фактические обстоятельства, коллегия не располагает какими-либо основаниями для признания оспариваемого товарного знака обозначением, характеризующим соответствующие товары и услуги, приведенные в перечне товаров и услуг оспариваемой регистрации товарного знака, и не обладавшим на дату его приоритета различительной способностью, то есть не соответствующим требованиям пункта 1 статьи 1483 Кодекса.

Что касается приведенных в возражении примеров регистрации товарных знаков с включением в их состав различных словесных элементов только лишь в качестве неохраняемых элементов, то следует отметить, что административный прецедент не является источником права в российской правовой системе. Каждый знак индивидуален, и возможность его регистрации рассматривается отдельно в зависимости от каждого конкретного случая.

К тому же, коллегия не располагает и документами, которые свидетельствовали бы о наличии какого-либо конфликта интересов между лицом, подавшим возражение, и правообладателем на соответствующих рынках товаров и услуг по поводу оспариваемого товарного знака либо сходных с ним тех или иных обозначений.

Так, в частности, представленная претензия правообладателя оспариваемого товарного знака [2] была обращена вовсе не к лицу, подавшему возражение, а к иному юридическому лицу – ООО «ДАТАЛАЙН», и лицо, подавшее возражение, в ней никак не упоминается. На представленных фотографиях образца товара [3] также не обнаруживается никаких указаний на лицо, подавшее возражение, в качестве его производителя.

Указанные выше обстоятельства обусловливают еще и вывод об отсутствии необходимого обоснования заинтересованности у лица, подавшего возражение, в соответствии с пунктом 2 статьи 1513 Кодекса для оспаривания предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству № 632208, что является также самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении возражения.

По результатам рассмотрения возражения было представлено лицом, подавшим возражение, особое мнение, поступившее в Роспатент 04.09.2019, доводы которого всего лишь повторяют доводы, ранее представленные им в возражении и проанализированные выше в настоящем заключении по результатам рассмотрения возражения.

Учитывая вышеизложенное, коллегия пришла к выводу о наличии оснований для принятия Роспатентом следующего решения:

отказать в удовлетворении возражения, поступившего 04.04.2019, оставить в силе правовую охрану товарного знака по свидетельству № 632208.